9-10 сентября 1989 г. II съезд ингушского народа принял резолюцию о восстановлении ингушской государственности.
Изменения, происходившие в общественно-политической системе Советского Союза после провозглашения в 1985 г. курса на перестройку, оказали существенное влияние на общественные настроения ингушского населения.
Начало политической либерализации было воспринято значительной частью ингушского общества как возможность для пересмотра последствий сталинской национальной политики и восстановления нарушенных национально-территориальных прав.
Постепенное углубление процессов десталинизации способствовало росту общественной активности и формированию представлений о необходимости более последовательного решения проблем, связанных с последствиями депортации и незавершенной реабилитации ингушского народа. Как отмечается в исследовательской литературе, именно в этот период общественно-политическая активность в Ингушетии стала заметно усиливаться
[История ингушского народа / под ред. Н.Д. Кодзоева. 4-е изд. Ростов-на-Дону, 2013. С. 553–554].
Дополнительным фактором активизации общественных процессов стала политика гласности, официально получившая развитие с 1987 г. Расширение границ допустимого публичного обсуждения позволило обратиться к ранее замалчивавшимся страницам советской истории, прежде всего к проблемам политических репрессий, депортаций и реабилитации репрессированных народов. В общественном сознании вновь актуализировалась проблема восстановления исторической справедливости в отношении жертв сталинской политики [История Ингушетии. С. 555].
Уже с 1986 г. отдельные представители ингушской общественности начали направлять в союзные органы власти обращения, в которых ставились вопросы о восстановлении ингушской государственности в составе РСФСР, а также о возвращении территорий, изъятых у ингушского населения в результате административно-территориальных преобразований периода сталинских репрессий. Постепенно индивидуальные инициативы приобрели организованный характер. В мае 1988 г. была сформирована «Инициативная группа в поддержку перестройки “Нийсхо” (Справедливость)», которую возглавил писатель и диссидент Исса Аюпович Кодзоев. Создание данной организации стало важным этапом перехода от разрозненных обращений отдельных граждан к организованной форме национально-политической деятельности.
В рамках работы инициативной группы обсуждались как основные требования ингушского общественного движения, так и способы их практической реализации. Одним из направлений деятельности стало подготовка обращений в центральные органы власти и организация сбора подписей в их поддержку. Другим важным направлением являлась организация митингов и иных публичных мероприятий, призванных привлечь внимание широких слоев населения к проблемам ингушского народа. Существенное значение придавалось сбору, систематизации и распространению исторических материалов, особенно связанных с депортацией 1944 г. и ее последствиями. Одновременно постепенно сформировалась идея проведения общенационального съезда ингушского народа, который должен был выработать консолидированную позицию по основным вопросам национального развития.
Практическим результатом этой деятельности стало проведение в Грозном 9-10 сентября 1989 г. Второго съезда ингушского народа. Подготовка к его проведению началась в мае 1989 г., когда была создана Организационная группа во главе с Кодзоевым. В последующие месяцы осуществлялась организационная работа и проводились выборы делегатов в ингушских районах Чечено-Ингушской АССР, Пригородном районе, городах Грозном и Орджоникидзе (Владикавказ), а также среди ингушской диаспоры в Казахстане и Киргизии. Всего на съезд было избрано 800 делегатов. Кроме того, в его работе приняли участие около 400 приглашенных представителей различных регионов Советского Союза [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 7-8].
Открывая работу съезда, Кодзоев подчеркнул историческую значимость происходившего и необходимость открытого обсуждения положения ингушско го народа. В своем выступлении он связал решение вопроса о национальной государственности с перспективами сохранения самого народа: «Настал тот час, когда мы должны сказать правдивые и мужественные слова о судьбе своего народа!.. Мы собрались сегодня, чтобы решить: быть или не быть ингушской автономии и даже самому ингушскому народу! Ибо вопрос его государственности — это вопрос его жизни и смерти» [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 6].
Центральное место в работе съезда занял доклад Беслана Костоева «О социально-политическом положении ингушского народа». В нем рассматривались основные этапы исторического развития ингушей на протяжении двух последних столетий, а также анализировалось социально-экономическое положение ингушских районов Чечено-Ингушской АССР и Северной Осетии. Основной акцент докладчик сделал на необходимости устранения последствий депортации и восстановления нарушенных национально-территориальных прав.
В заключительной части доклада была сформулирована позиция о необходимости решения ингушского вопроса на государственно-правовом уровне: «Необходимо выровнять положение нашего народа, депортированного Сталиным, до уровня тех, кто, к счастью, не прошел через этот ад. Нужно решить эту проблему в государственно-правовом отношении» [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 38-39]. Таким образом, проблема восстановления национальной государственности рассматривалась участниками съезда не только как вопрос территориального устройства, но и как необходимое условие преодоления последствий репрессивной политики государства.
Дополнительные доклады были посвящены проблемам межнациональных отношений и кадровой политики. Ахмед Куштов выступил с содокладом «О некоторых проблемах обострения межнациональных отношений», а Пара Парчиева представила материал «О национально-кадровой политике в Чечено-Ингушетии и Северной Осетии». Тем самым проблематика съезда вышла за пределы исключительно территориального вопроса и охватила более широкий комплекс социальных, политических и национально-культурных проблем.
В работе съезда участвовали представители различных общественных и политических кругов. Среди них были народные депутаты СССР Муса Дарсигов и Хамзат Фаргиев, депутат СССР от Новосибирской области полковник В.А. Писаренко, писатели Идрис Базоркин, Игорь Ляпин и Саид Чахкиев, ученые-историки Хаджи-Мурат Ибрагимбейли, Тамерлан Муталиев, Хасолт Акиев, Федор Боков и другие. Присутствовали также представители партийно-государственных органов, в частности секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС Сергей Беков, первый секретарь Назрановского обкома КПСС Асхаб Мякиев и заместитель председателя Совета министров ЧИАССР Керим Салтаханов. Кроме того, съезд собрал представителей различных национальных общественных движений, религиозных общин, трудовых коллективов и делегаций народов Советского Союза.
Одним из наиболее дискуссионных вопросов оставалась возможность восстановления ингушской автономии. Сторонники этой идеи указывали на необходимость ликвидации последствий депортации и восстановления исторических прав народа. Одновременно существовала позиция отдельных представителей органов власти, которые ставили под сомнение экономическую целесообразность создания самостоятельной ингушской административно-территориальной единицы. В материалах съезда отмечалось, что противники восстановления автономии ссылались, в частности, на недостаточный экономический потенциал западных районов Чечено-Ингушской АССР, где преимущественно проживали ингуши [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 37].
В течение двух дней работы съезда состоялось 59 выступлений. В адрес участников поступили многочисленные телеграммы из различных регионов Советского Союза, авторы которых выражали поддержку требованиям ингушского народа. Итогом обсуждений стало формирование постоянно действующего организационного механизма национального движения. В заключительный день был избран Оргкомитет по восстановлению Ингушской автономии в составе 31 человека.
Его председателем первоначально стал Кодзоев. В декабре 1989 г. эту должность занял доктор юридических наук Бексултан Сейнароев. В дальнейшем, на Третьем съезде ингушского народа, состоявшемся в Грозном в октябре 1991 г., Оргкомитет был преобразован в Народный Совет Ингушетии, руководящим органом которого стал Президиум во главе с Б.М. Сейнароевым.
Особое значение имели итоговые документы съезда: «Резолюция Второго съезда ингушского народа», «Обращение Второго съезда ингушского народа к Пленуму ЦК КПСС по межнациональным отношениям» и «Обращение Второго съезда ингушского народа к народам Советского Союза». Резолюция включала преамбулу и 16 пунктов. Ключевым положением являлось обращение к центральным органам советской власти с просьбой восстановить автономию ингушского народа в исторических границах в форме Ингушской Автономной Советской Социалистической Республики со столицей в правобережной части Орджоникидзе [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 209].
Аналогичная позиция была сформулирована и в обращении к Пленуму ЦК КПСС по межнациональным отношениям. В документе восстановление ингушской автономии рассматривалось как необходимая предпосылка для решения накопившихся политических, экономических и культурных проблем, укрепления национального самосознания и обеспечения дальнейшего развития ингушского народа. Авторы обращения подчеркивали необходимость создания автономной республики в составе Российской Федерации с административным центром в правобережной части Орджоникидзе [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 1990. С. 209].
В третьем итоговом документе — обращении к народам Советского Союза — внимание было сосредоточено на последствиях депортации и современном положении ингушского народа. В нем содержался призыв к представителям других народов поддержать требования ингушской общественности и содействовать восстановлению исторической справедливости.
Таким образом, Второй съезд ингушского народа стал важной вехой в институционализации и политической консолидации ингушского национального движения конца 1980-х гг. Его значение заключалось не только в публичном обсуждении последствий депортации и проблем национально-территориального устройства, но и в создании организационной структуры, способной представлять интересы ингушского населения перед союзными и российскими органами государственной власти. Материалы съезда, впоследствии опубликованные отдельным сборником, позволяют рассматривать его как один из ключевых этапов формирования политической программы ингушского национального движения [Второй съезд ингушского народа. Грозный, 9–10 сентября 1989 года. Грозный, 1990].
Дальнейшее развитие политических процессов привело к принятию 26 апреля 1991 г. Верховным Советом РСФСР Закона «О реабилитации репрессированных народов», который создал законодательные основания для восстановления нарушенных прав депортированных народов. Следующим значимым шагом стало принятие 4 июня 1992 г. Закона Российской Федерации «Об образовании Ингушской Республики в составе Российской Федерации». Эти решения стали важными этапами реализации требований, которые формировались и последовательно выдвигались ингушским национальным движением в годы перестройки и последующего распада советской политической системы.
Руководитель
Государственной архивной службы
Республики Ингушетия,
кандидат исторических наук
Р. С.Хаутиев